Освободитель
Так запомнилось — завершая одну из встреч в клубе фронтовых друзей, Ювеналий Иванович Егоров сказал: «До следующего праздника — и чтоб без потерь!» С тех пор прошло несколько лет. Нет уже, увы, Ювеналия Ивановича. Ушли многие другие — туда, в ряды бессмертного полка. Год назад не стало Владимира Сергеевича Голощапова — единственного алчевца, принимавшего участие в освобождении города.
К началу войны Володя был фактически сиротой. Мама рано умерла, отец воевал, а он, сирота военный, учился в Дебальцево в железнодорожном училище. Потом учеников эвакуировали в Сталинград, и там мальчишка буквально прибился к 315-й стрелковой дивизии. Щуплого 17-летнего новобранца называли то юнгой, то сыном полка. Он быстро осваивал фронтовую профессию пулеметчика.
Освобождение Донбасса стало для Володи Голощапова первым боевым крещением. Но самое главное, пожалуй, не это. Подходя к Алчевску, он еще не знал, что вместе с товарищами освобождает город своей судьбы.
Все получилось, как в песне. Молоденький солдатик увидел милую девушку и попросил напиться. Ниночка принесла воды. Все. Этого хватило, чтобы ждать следующей встречи целых семь лет.
Ну, на самом деле они были знакомы два часа. Целых два часа между боями!
– Да в Алчевске боев сильных не было, — вспоминал Владимир Сергеевич. – Бои были на Миус-фронте, а здесь… Мы переночевали в саду 1 Мая, где сейчас обелиск стоит, и зашли в город. Отсюда шли до самой Горловки, вот там уже опять было трудно. Приняли бой — пошли на Дзержинск, Запорожье, Мелитополь. Мелитополь мы освобождали месяц и оттуда пошли по Таврии. Потом начались бои за Крым. Кончились они в Херсонесе.
А в донбасском городе девушка Нина с замиранием сердца следила, куда дальше шагает ее солдат. Когда он уходил, она пообещала писать — и исправно держала слово. Он отвечал. Куда бы ни вели дороги, в сердце оставалась улыбка девчонки, согласившейся ждать его, сколько надо.
Ждать пришлось долго. После Победы Владимир Сергеевич еще пять лет служил в учебных подразделениях, готовил минометчиков, пулеметчиков, автоматчиков. Последним местом службы был Ростов-на-Дону. И уже оттуда в 1950 году приехал в Алчевск к своей верной нареченной. Пошел работать на меткомбинат, которому отдал 39 лет жизни и труда.
Война войной, а юность берет свое. Ниночка, как в песне поется, напоила солдатика водой и навсегда запала ему в душу. Он ушел с дивизией дальше, она обещала писать. Почтовый роман длился семь лет. Владимира демобилизовали только в 1950- м. Тогда он и приехал к любимой в город, уже успевший стать мирным. Стал работать на меткомбинате, которому и отдал 39 лет жизни и труда.
– Построил первый прокат, потом блюминг, и на блюминге остался, — рассказывал он.
В последний раз мы разговаривали с Владимиром Голощаповым в 2008 году, как раз накануне Дня освобождения города. Спросили, что он пожелает алчевцам в этот праздник. Фронтовик задумался. В глазах заблестели слезы.
– Чтоб над нами всегда солнце светило, чтоб люди никогда не видали то, что мы видали. Это самое главное.
Это были не просто слова. Именно за это он воевал чуть не с детства, прошел столько фронтовых дорог, был ранен. Жаль, что желание Владимира Сергеевича не сбылось. Больно, что последний год его жизни прошел в войне — снова в войне. И очень хочется, чтобы мы остались людьми среди всего, что довелось испытать — такими, чтобы им не было стыдно за нас там, где они сейчас. В своем бессмертном полку.
Александра Меньшикова.
Огни. – 2016. – № 35. – 2 сентября. – С. 2.