Золотой запас на все времена
Имена этих людей и в прежнюю бытность и ныне очень известны в нашем городе: Полина Дмитриевна Якименко – многие годы является главным врачом родильного дома, Григорий Саввич Якименко – 10 лет был первым руководителем металлургического комбината, а до этого – почти столько же – главным инженером этого ведущего предприятия Алчевска. Будучи всегда на виду, общаясь с огромным количеством людей, семья эта смогла сохранить какую-то удивительную «неприкосновенность» от тривиальных и досужих слухов, невероятных россказней.
– Почему? – мой вопрос обращен к главе семейства.
– Да что мы, артисты какие, чтоб про нас байки рассказывать, – поначалу удивился Григорий Саввич, а потом пояснил предельно просто: мы никогда ничем не злоупотребляли, были и остаемся законопослушными гражданами, живем в мире и согласии со своей совестью.
А она, по мнению Якименко, – главное мерило в жизни. Основные же постулаты ее достались от матери: сызмальства он усвоил отличие хорошего от скверного. Авторитет мамы у всех трех братьев Якименко был непререкаем. Малограмотная, украинская крестьянка, потеряла в Великую Отечественную войну мужа – опору и кормильца, – сама поднимала ребят на ноги. Ее хлопцам не нужно было объяснять, как достается хлеб, выращивается картошка…
В школу Гриша бегал за 12 км от дома. По весенней распутице в худой обувке, или в фуфайке «на рыбьем меху» по трескучему морозу – изо дня в день. И ни разу не пожаловался. Много лет назад, готовя материал о Якименко – директоре, я спросила Григория Саввича, когда в нем проснулось лидерство. Наверное, еще в детстве? Он искренне тогда рассмеялся и сказал, что «ватажком» не был в селе. И вообще он не любил высовываться. Больше по душе была книга, а летом – Днепр. Главная река эта натолкнула и на выбор профессии: он будет бороздить водные просторы. Уж если не капитаном, то штурманом – точно. В Николаев, куда он приехал после школы поступать в мореходное училище, вопросы поступления будущие абитуриенты обсуждали прямо на вокзале. Именно здесь он и расстанется с мечтой детства: в мореходке отменили стипендию, а он мог рассчитывать только на нее. И тогда он отправляется в Днепропетровск, чтобы стать Металлургом, выбрать дело всей своей жизни. А мечта будет неотступно с ним, когда он в студенческие годы всерьез займется греблей и будет носиться на лодке по своему любимому Днепру. А еще часто ходил в порт на разгрузку.
– Работа, конечно, нам перепадала самая худшая, – вспоминает Григорий Саввич, – чего стоил один цемент вроссыпь…
Но на то они и студенческие годы, чтобы остаться в памяти, несмотря ни на что, самой лучшей порой.
В Алчевске, куда его распределили по окончании института с товарищем по учебе и спорту Борисом Барбашиным, они сразу же попали в руки Петра Арсентьевича Гмыри. Тогдашний директор имел обыкновение обязательно лично знакомиться с каждым новым специалистом.
– Расспрашивал абсолютно обо всем, – оживляется Григорий Саввич, – не оставил без внимания занятия спортом. Взамен лодки мы получили велосипеды и нажимали на педали до самого Дебальцево и обратно.
Производственная и должностная карьера Якименко кому-то может показаться стремительной и абсолютно беспроблемной.
В тридцать с небольшим он стал начальником обжимного цеха, потом возглавил производственный отдел комбината, далее последовало назначение главным инженером. Я пытаюсь напомнить моему собеседнику о том, что из алчевского металла построена Останкинская телебашня, а судовая сталь …
– Тогда уж давайте продолжим перечисление тем, что из нашей стали изготовлены трубы транссибирского газопровода, – говорит Г. С. Якименко. – Сегодня уже можно говорить и о спецмарке стали для «афганской брони», для снарядной заготовки…
Нужно ли объяснять, какая ответственность возлагалась на людей, которым непосредственно предстояло это делать, и на него, руководителя, в первую очередь.
Когда в 1977 году от должности директора завода освободили А. В. Жердева, наверное, на всем предприятии не было человека, который бы не предполагал: новым директором станет конечно же Якименко. Ан-нет, где- то в верхах распорядились по-иному. Директора привезли со стороны. А Якименко продолжал исполнять свои обязанности главного инженера. Наверное те два с лишним года ему следовало записать в трудовой книжке – год за два, потому что тянуть ему пришлось за двоих: за себя и того директора. Когда последнего перевели на другой завод и встал вопрос о первом руководителе на АМК, сначала в Киев, а потом в Москву вызвали Григория Саввича.
– Я очень устал к тому времени, – продолжает Г. С. Якименко, – и не скрывал этого ни у Титаренко в ЦК Компартии Украины, ни в ЦК КПСС в Москве у Долгих.
Но там ему четко объяснили, что раньше нужно думать о Родине, а потом – о себе. В Алчевск он вернулся директором, понимая, что ни времени, ни права на расслабление у него нет. Именно тогда и начнутся ежедневные купания в ледяной воде, пробежки.
– Я уже не мыслил себя без этого утреннего здорового допинга, – подтверждает Григорий Саввич. – Конечно еще один час «воровал» и у без того непродолжительного сна, но зато спустя буквально месяц почувствовал себя в своей прежней тарелке.
На целое десятилетие он будет задавать режим комбинату, вырабатывать его тактику, заниматься не только производственными, но и социальными вопросами. Это в те годы был построен профилакторий, и база отдыха в Судаке, реконструирован Дом техники, открыта стоматологическая поликлиника, введена в эксплуатацию новая АТС, построены 4 птичника в Чернухино, велось строительство родильного дома и детской загородной дачи…
О работоспособности Якименко ходили легенды. И еще о жесткости и требовательности.
– Говорят, вы могли потребовать от начальника цеха находиться там хоть сутки, пока не отладит производство? – спрашиваю я.
– Речь никогда не шла о том, сколько часов должен работать руководитель любого подразделения, цеха. Я говорил, руководи хоть из дому, если умеешь так, но цех должен работать как часы. И должен сказать, что с благодарностью вспоминаю многих из тех, с кем довелось работать в те годы. Большинству из когорты начальников цехов, служб и отделов были присущи высокая ответственность, чувство долга, порядочность.
Небось, сейчас припомните, как Якименко разносы устраивал на оперативках, удалял нежные женские уши из зала, чтобы слова ненужного не услышали… Что ж и такое было. Так за дело ведь.
А мне хочется спросить его совсем о другом. Еще работая на блюминге, Г. С. Якименко начал писать дельные статьи в научные журналы, потом окончил аспирантуру, защитил кандидатскую диссертацию. Он автор 5 книг, 56 изобретений, 104 публикаций в журналах. Является членом -корреспондентом Академии технологических наук Украины.
Узнав о том, что я готовлю материал о Григории Саввиче, знакомая пенсионерка, бывшая работница меткомбината, шёпотом спросила: «Если удобно, узнай, правда ли, что у него пенсия 113 гривень. Не может бытъ?!»
Может, еще и как может. До самого недавнего времени именно столько и было. Но не зря же он всю жизнь учился, мыслил, постигал. Ученым-пенсионерам нынче платят больше.
– Вот и мне недавно переоформили.
Строгость его характера осталась в прошлом, вместо прежней немногословности – желание покопаться в памяти, вспомнить, воскресить …
И кажется, будто недавно все начиналось. «Сынку, пора», – будит мама.
Начинается новый день. Так хочется, чтобы он был отраднее, лучше предыдущего. Ведь ради этого вся его жизнь. Ради этого он и сегодня идет на комбинат.
Н. Дмитриева
Главный врач родильного дома г. Алчевска имеет высшую категорию организатора здравоохранения, высшую категорию акушера-гинеколога. заслуженный врач Украины.
Эти сведения говорят о многом, но все же они недостаточны, чтобы понять, каков человек П. Д. Якименко, для которой работа – это и жизнь, и сотрудники – единомышленники, и самое дорогое – дети.
«Я родилась в семье служащих. Жила и училась в Днепропетровской области. Отец погиб на фронте, так что росла я с мамой, которая работала с утра до ночи, и с бабушкой, на чьи плечи фактически ложилось мое воспитание. Поступить учиться мне удалось очень легко и абсолютно случайно. После 7 класса я за компанию с девочками поехала поступать в медицинское училище. И так получилось, что им как раз пройти и не удалось, а меня взяли без проблем. Приехала домой, сообщила маме новость. Она вначале расстроилась, но потом подумала и сказала: «Ну что ж, видно, это твоя судьба. Езжай, учись».
Мама Полины Дмитриевны оказалась права. Медицина стала ее судьбой. После войны было очень тяжело жить. Но, как говорит Полина Дмитриевна, тогда было тяжело всем. Учиться же ей было легко и интересно. Училище закончила с отличием, перенесла документы в мединститут и по итогам собеседования поступила. Будучи по натуре человеком общительным, девушка вскоре приобретает множество друзей. Годы студенчества вспоминает с улыбкой и считает их счастливым для нее временем. А затем началась работа.
Моя жизнь – моя работа
Пообщавшись с Полиной Дмитриевной, я понял, что значит для нее работа. Нет, скорее это слово тут не уместно, точнее – призвание. Цитирую ее слова: «Работа – это моя жизнь, она меня окрыляет, она меня истощает, и она же укрепляет. Иногда работа меня разочаровывает, а иногда дарит ни с чем несравнимую радость – радость рождения. Особенно она велика, когда удается вырвать человека из лап смерти, услышать первый крик новорожденного».
Это было сказано просто и естественно. Только так, как сердцем может сказать человек. А то, что Полина Дмитриевна знает свою профессию, это неоспоримый факт, который подтвердили и несколько мам, с которыми нам удалось поговорить. Эти люди, у которых уже взрослые дети, до сих пор считают, что своей жизнью и жизнью своих детей они обязаны именно ей. Врачи, работающие с ней, могут вам сказать, что бывают хорошие доктора и бывают доктора с Божьим даром. Полину Дмитриевну они бы отнесли ко второй категории. Достойно ее работу оценило и наше государство: в 1996 году, именно на 100-летний юбилей Алчевска, ей было присвоено звание заслуженного врача Украины. Это звание действительно заслуженное: за плечами героини нашей статьи 40-летний стаж. За это время при ее участии на свет появилось не одно поколение алчевцев, и вывести даже их примерную цифру она затрудняется. Да и сейчас все тяжелые операции проходят с ее участия. Более того, 1/3 ее практики занимает хирургическая деятельность. Вызов может поступить глубокой ночью и тогда врач по призванию дает себе на сборы только 5 минут. «Отказаться? Я даже никогда не думала об этом!» На вопрос, чем ее профессия отличается, скажем, от профессии хирурга, Полина Дмитриевна ответила: «У нас очень сложная и важная специальность. Если врач отвечает за жизнь, вверенную в его руки, то мы несем ответственность за две: женщины и ребенка. Иногда их шансы выжить разные, а нам необходимо найти оптимальное решение. Бывает, нам приходится успокаивать будущих мам, так что мы в какой-то степени и психологи».
Единомышленники
«Коллектив у нас замечательный, слаженный. Он прекрасно понимает и задачи, и сложности. Мы много жизней спасли, а в экстренных случаях наши сотрудники даже кровь сдают для пациентов».
Полина Дмитриевна отлично справляется с должностью главврача, хотя многие считают ее несколько жестким руководителем. Она по этому поводу говорит: «В нашей работе должна быть строгость, это просто необходимо, когда речь идет о здоровье. И там, где решаются вопросы жизни и смерти, требуется четкое выполнение своих обязанностей и слаженность в работе. А что касается не производственных отношений, то тут возможна добрая улыбка. Я свое учреждение называю храмом матери и ребенка. А раз так, то все должно быть как в храме».
Для работы персонала созданы хорошие условия. Полина Дмитриевна поддерживает именно лучшие традиции ее коллектива, которые выработались за многие годы совместной практики. Это и слаженность, и взаимовыручка. Важно, чтобы соблюдалась преемственность, свято чтился долг каждого врача передавать знания молодым коллегам. Должна быть: среди сотрудников дисциплина, а к пациентам – доброжелательность. Вот, пожалуй, основные требования главврача, которые в первую очередь она предъявляет к себе.
Когда белый халат остается на вешалке
Несмотря на огромную любовь к работе, для Полины Дмитриевны на первом месте находится семья: ее дорогой муж, любимые сын и невестка, обожаемые внучки, в приеме родов которых участвовала она сама. Правда, профессия отнимает слишком много времени: работа может длиться 24 часа. Поэтому ее семье пришлось свыкаться с долгим отсутствием хозяйки дома, ее усталостью, ночными вызовами. В повседневной жизни Полина Дмитриевна – обыкновенный человек. Она никогда не пользовалась теми благами, которые могла предоставить ее должность. На работу она по-прежнему добирается на троллейбусе, служебными машинами для своих нужд не пользуется. Ее можно было увидеть и в очереди в период всеобщего дефицита. Наряды, бывшие всегда предметом доброй зависти окружающих, она шьет у портнихи. И отличает ее одежду не шик и баснословные цены, а скромность и элегантность. Любимые цвета – бирюзовый, сиреневый, черный, белый.
Самое дорогое в этом мире
«Нет ничего на свете дороже ребенка. Я радуюсь за каждую мать, сопереживаю вместе с ней. И хотя рождение – процесс естественный, но мне все же кажется, что он чем-то окрыляется свыше, несмотря на то, что по убеждениям я, скорее, атеист. Самое дорогое для меня – это мои внучки.
Мне больно, когда некоторые «мамаши» отказываются от высшего дара – своего дитя. Свои поступки они обычно объясняют нехваткой средств. Иногда нам удается убедить их не расставаться с ребенком. А сейчас даже появились случаи, когда родители, состоящие в законном браке, отказываются от детей. Раньше такого не было в нашей практике. Как это ни ужасно, но каждый год у нас оставляют 8-10 малюток».
Мечты о независимости Украины
«Не все мои мечты совпали с реальностью. Как врача меня очень волнует увеличивающееся количество бедных людей, уменьшение финансирования здравоохранения. Были случаи, когда поступали в больницу одинокие бедные люди, а лечение дорогое. Мы оказывали им посильную помощь, выделяли средства из фонда роддома. Но многие мечты совпали, особенно связанные с демократией. Нашему народу хотелось бы пожелать стать богаче, счастливее, жизнерадостнее. Здоровья всем!»
Несмотря на то, что Полина Дмитриевна своим ежедневным трудом вносит весомый вклад в жизнь родного города и страны, она искренне считает себя обыкновенным и простым человеком, который уж никак не подходит на роль героини газетной публикации. Но, возможно, если бы каждый делал и любил свою работу так, как Полина Дмитриевна, и руководствовался ее лозунгом: «Должна, обязана», то наше будущее создавалось бы уже сейчас.
И. Высоцкий
Огни. – 2007. – № 34. – С. 3