И все-таки жизнь продолжается
А. В. Бабиюк, врач-гинеколог
– Что главное в Полине Дмитриевне? По-моему, жизнелюбие. Строить родильный дом с условиями поистине европейскими, а во многом это ее заслуга, когда мир такой нестабильный, поверьте, сможет не каждый. У нас ГОР зрят, человек при жизни построил себе памятник. Так оно и есть.
Одни рассуждают так.
Резкий взлет рождаемости в старые добрые времена сегодня безнадежно пошел на спад. В женских консультациях исчезли до боли привычные очереди беременных женщин. На улицах уже реже встречаешь мам с колясками. Тех, кто отважился в наше время заиметь ребенка, прямо называют сумасшедшими и загибают пальцы, подсчитывая сумму, в которую выльется самое необходимое приданое для малыша. А молоко? А фрукты? Нет-нет, никаких детей! Что вы!
Другие рассуждают иначе. Они надеются на лучшее будущее, подтверждая свою уверенность довольно решительно – рождением детей. Быть может, родившийся сегодня человечек – это самый верный признак того, что выкарабкаемся?
Рядом в этой надеждой ежедневно живет главный врач родильного дома Полина Дмитриевна Якименко. В больничной суете, в наплывах пугающе незнакомой боли, в тревожном нетерпении наступает мгновение – и неодолимое потрясение перехватывает дыхание. Только что никого не было… И вдруг вот ОН, ребенок!
…Звоню Полине Дмитриевне в рабочий кабинет, хочу договориться о встрече. С первой попытки – невезение. Занята: идет операция, просят позвонить позже. Через некоторое время вновь набираю знакомый номер. И опять неудача. Привезли тяжелую больную, – ушла на консультацию. Наконец, слышу знакомый голос:
– Приходите. Если не застанете в кабинете, секретарь всегда меня найдет. Извините, такая работа.
…Подходя к роддому, невольно залюбовалась огромным бело-розовым зданием. Современный больничный комплекс, рождавшийся в тяжелых муках довольно продолжительное время. Много лет объект объявлялся пусковым, но сроки постоянно переносились. Потребовались неимоверные усилия, чтобы объект сдать.
– Сегодня мы, врачи, – скажет позже завотделением Г. С. Зеленская, -идем на работу с гордостью. Да и для больных здесь условия прекрасные. Двухместные палаты, горячая вода, новейшее оборудование..
…В кабинете Полину Дмитриевну, конечно же, не застала. Она была в отделении, смотрела больных. И вот наконец мы сидим вдвоем, беседуем:
– Строили роддом больше двадцати лет, – вспоминает она. – Две пятилетки обивали пороги в Минздраве и Минчермете Украины и СССР, пока получили разрешение. А сколько довелось пережить, пока шла стройка. Да что теперь вспоминать. Главное, все одолели…
Смотрю на свою собеседницу и вижу перед собой человека, уверенного в своих силах, умеющего побеждать трудности и добиваться поставленной цели. Рядом с твердостью характера женственность и обаяние, аккуратность и привлекательность.
…Медицинское училище в Днепропетровске окончила с отличием и сразу же подала документы в институт. А когда диплом врача был получен, приехала в Алчевск по месту распределения мужа-металлурга. Как давно это было. Уже больше 35 лет прошло.
Очень люблю свое дело. Даже не представляю себя без него.
… Новые стены заставили по – новому работать. Появились новые кабинеты, оснащенные современным оборудованием: рентгенологический, функциональной диагностики, по лечению супружеского бесплодия. Организованы и ведутся специальные приемы по детской и подростковой гинекологии, гинекологической эндокринологии, по не вынашиванию и другие.
Сегодня наш родильный дом – это база подготовки врачей Донецкого и Луганского медицинских университетов, медицинских училищ Луганщины.
– В области науки, – говорит главный врач, – мы активно сотрудничаем с Киевским научно- исследовательским институтом педиатрии, акушерства и гинекологии. Вот уже три года ведем совместную работу по внедрению скринингов по диагностике врожденных аномалий у плодов. Киевские специалисты приезжали обучать наших врачей, выделяли тесты для определения патологий, консультировали больных.
За последние несколько лет в роддоме создан даже музей плодов с аномалиями развития, несовместимыми с жизнью. Маленькие уроды, не родившиеся на свет. Тройня на двух ногах, голова без черепа… Мороз пробегает по коже, а если бы они родились?!
– Правда, были два случая, когда родители отказались прервать беременность, – вспоминает Полина Дмитриевна. – Но какая потом это была для них трагедия. Дети в течение первых трех месяцев жизни все равно умирали.
…Многие, с кем довелось поговорить, выделяли в П. Д. Якименко профессионализм.
– Если больной рисует себе образ врача в идеале, – подметила Г. С. Зеленская, – то это наша Полина Дмитриевна. Лучшего просто не бывает.
– Где бы она не побывала – всегда замечает все новое, передовое, – добавляет заведующая женской консультацией А. И. Ирклиевская, – и нас заставляет это перенимать.
Еще с Полиной Дмитриевной работать надежно. Главный врач – она же и главный специалист в роддоме. Операции себе не выбирает. Но так уж получается, самые сложные достаются именно ей.
…Сегодня в системе родовспоможения 57 врачей – анестезиологи, терапевты, педиатры и 32 акушера-гинеколога. Что требует от них главврач?
– Главный девиз – должны и обязаны. Думаю, коллеги меня понимают. У нас, кстати, работают толковые и преданные своему делу люди – начмед Г. А. Трубачев, заведующие отделениями Н. М. Ровнова, Г. С. Зеленская, Н. В. Приходько, Л. Р. Горбань. Высококомпетентна А. И. Ирклиевская, освоили УЗИ О. А. Белошицкий, Г. А. Лебединская. Все очень трудолюбивые, высококвалифицированные, добрые и порядочные люди. Коллектив слаженный.
…Вдруг улыбка на лице Полины Дмитриевны угасает:
– А вообще работать с людьми в последнее время особенно трудно. Три месяца без зарплаты. Стараюсь найти слова, чтобы поддержать человека. Но чем помогут слова, когда медсестра одна воспитывает ребенка и не на чью помощь ей в жизни рассчитывать не приходится. Все мы люди – и каждому хочется есть.
Трудности с лекарствами. Сегодня 17-18 процентов составляют нормальные роды, остальные с осложнениями, плюс ослабленный иммунитет. Требуются медикаменты. А где их взять, если нет средств. И у больного нет денег, чтобы купить лекарства. Мы стоим у страшной черты.
– Неужели, действительно нет выхода?
– Нужны, деньги – и проблемы не будет. Пытаемся кое-что предпринять сами. Ищем спонсоров, но и они нынче тоже обеднели. Сдаем в аренду помещение под аптеку, хотя получаем за это копейки.
…Время за разговором бежит быстро, и я понимаю, что больше не могу задерживать главного врача роддома, чей рабочий день жестко расписан по минутам.
Хотела рассказать о Полине Дмитриевне, а больше получилось о работе. О работе, где время суток не имеет значения, когда требуется ее помощь. А когда наступает передышка, вспоминается о простом и земном. Есть крепкий чай и бутерброд, есть телефон, по которому можно позвонить родным и узнать, как там дела. Иначе не выдержишь долгую смену, иначе не хватит душевных сил снова и снова выходить на передний край жизни и отвечать за первый робкий вздох. Ведь, несмотря ни на что, жизнь продолжается, и она по-прежнему необъяснимо прекрасна и полна счастливого смысла.
Л. Шаповалова
Огни. – 1996. – 28 сентября. – С. 2.