Как министр П. А. Гмырю спас
История комбината – это история тысяч человеческих судеб, ярких личностей, которые достойны нашей памяти. В их числе имя Петра Арсентьевича Гмыри, судьба которого неразрывно связана с историей нашего предприятия.
Мне хочется сегодня рассказать об одном из малоизвестных эпизодов из биографии Петра Арсентьевича, относящемуся к периоду восстановления нашего завода из руин и пепла во время Великой Отечественной войны. В 1944 году на заводе были восстановлены и введены в действие две мартеновские печи. Они были небольшими, каждая давала в сутки не более 100 тонн стали, но если учесть, что на полях сражений еще гремели бои, то легко понять, что пуск этих агрегатов стал событием огромного значения, радостной победой, настоящим праздником в коллективе металлургов: для нужд фронта требовалось много, очень много металла.
Правда, этот подвиг едва не стоил директору завода П. А. Гмыре головы. Дело в том, что централизованных ассигнований на восстановление двух мартеновских печей не планировалось, возвели их, как говорится, с бору по сосенке, из местных материалов, что называется, за счет энтузиазма специалистов и рабочих, без согласования с центром. Сталинский шеф НКВД и МГБ Л. П. Берия усмотрел в этом нарушение государственных устоев, своевольное растранжиривание средств и вплотную занялся Гмырей, даже вызвал его в Москву.
Гмырю спас уважавший его тогдашний министр черной металлургии И.Т. Тевосян, имевший мужество отстаивать личное мнение и свои кадры даже перед Сталиным. Именно он доложил Сталину, что Гмыря действовал по его, Тевосяна, разрешению, что для министерства дорога каждая дополнительная тонна стали.
Петр Арсентьевич позже вспоминал, как Тевосян сообщил ему, что Сталин дал Берии указание – Гмырю не трогать. При этом министр посоветовал своему директору немедленно «выметаться из Москвы», предварительно сняв с него «добрую стружку» за самодеятельность, пусть даже она шла на пользу делу.
«Не высовывайся, – сказал Иван Тевадросович Гмыре, – я не могу каждый раз из-за тебя бегать к Сталину. И добавил: «А эти твои печки ты тихонько сворачивай, не дразни гусей. Лучше расчищай площадки, готовь для нового цеха. Придет время – будем строить на заводе новые мартены, да такие, каких и ты, инженер-сталеплавильщик, никогда не видел. Так и передай коллективу. Будь здоров, дорогой, и чтобы сегодня тебя не было в Москве!»
С тем и убрался из столицы вначале напуганный, а затем ободрившийся директор завода. А вскоре пришло время, когда в Алчевске начали возводить мартеновские печи, которые превзошли ожидания даже видавших виды сталеплавильщиков. Новым агрегатам по мощности еще не было равных в отечественной металлургии. И тогда под руководством инженера-сталеплавильщика П.А.- Гмыри Алчевский метзавод превращался в одно из крупнейших предприятий страны.
Л. Котлякова, главный хранитель фондов народного музея комбината.
В материале использованы данные исторического справочника «Путь длиной в 100 лет»
Котлякова Л. Как министр П. А. Гмырю спас : [о бывшем директоре метзавода П. А. Гмыре] / Котлякова Л. // За металл. – 2000. – 29 декабря.