Николай Миначенков: «Металлургов, достойных звания Героя, всегда было больше, чем звезд у правительства»

Почти два часа общения с легендарным сталеваром пролетели как одна минута. Одна за другой открывались перед нами известные и не очень страницы его биографии, пересказанные с яркой эмоциональностью, а порой – и с искрометным юмором. Остается только жалеть, что площадь газеты настолько ограничена, что невозможно передать все услышанное. Да и любые написанные слова тускнеют в сравнении с непосредственным общением с таким человеком. Человеком, которого не сломали ни тяжелые годы, ни испытание славой.

Родился Николай Гаврилович в печально известном голодном 1933-м в Курской области. После окончания первого класса началась война. Во второй класс пришлось идти уже в немецкую школу, которую открыли во время оккупации. Правда, дальше «Айн, цвай, драй» дело не пошло. Фашистов прогнали наши. Потом была учеба в сельской школе, куда каждый день ребята ходили за четыре километра. И тревожные мысли об отце, вестей от которого не было почти с начала войны. Он вернулся только в 1947 году, пережив четырехлетний немецкий плен и два года работы на Урале без права переписки. Как и 1933-й, в котором родился наш герой, этот год был голодным. Николай окончил семилетку. Какой путь избрать дальше?

Двоюродный брат звал в Ленинград. в ремесленное училище, которое готовило кадры для балтийского судостроительного завода. Но когда Николай уже почти решился, приехали друзья, учившиеся и работавшие на Донбассе, в Дружковке. Начали красочно расписывать жизнь на Украине. И он решает поступать в Краматорское ремесленное училище № 28. На специальность, о которой мечтал давно. А мечта, надо уж признаться, была совсем необычной для сельского парня: стать машинистом турбинных машин. Ну где, скажите на милость, мог он в селе увидеть турбины?

Сдал экзамены. Приехал на учебу. И тут оказывается, что набор машинистов турбин отменили. Парню предложили стать сталеваром. Две недели Николай честно отучился и… вернулся в деревню. Дескать, не мое это! В следующем году история с приемом повторилась до мелочей. И тут уж, видно от судьбы не уйдешь, Миначенков остался.

А после окончания училища в 1952 году попал по распределению на наш комбинат. В то время в новом мартеновском цехе работала только первая печь. Спустя полгода построили вторую. На нее Николая Миначенкова назначили первым подручным сталевара, а через несколько месяцев – сталеваром. Затем, когда построили третью комсомольскую, он стал работать там.

В то время в цехе трудилось много довоенных металлургов. С теплотой в сердце герой отзывается о своих наставниках: сталеваре Абашникове, мастере Ткаченко, обер-мастере Варфоломееве, начальнике цеха Терентьеве: «Они для нас, молодых, были как отцы. Держали в узде. Учили не только производству, но и жизни».

Со своими сверстниками Миначенков в армию не попал: в те годы у сталеваров была «броня». Служил с ребятами, которые на три года младше. Был водителем в дивизионном батальоне связи в Ужгороде.

23 октября 1956 года дивизию подняли по тревоге. Солдаты переехали Тису и оказались в охваченной восстанием Венгрии. Николай Гаврилович с болью говорит о первых нескольких месяцах, когда советским войскам запрещали открывать ответный огонь на одиночные выстрелы. 7000 могил советских ребят на чужой земле (в те годы погибших запрещали отправлять в Союз) – такова цена интернационального долга в Венгрии.

«Это была настояния партизанская война, – вспоминает Николай Гаврилович. – Что могли сделать наши танки на узких улицах Будапешта, где две телеги с трудом разъезжаются? Не были мы готовы к войне в городских условиях!»

Николай Миначенков на своей машине возил пленных на допросы в городскую тюрьму. Будничная работа, говорит о своей службе. Может и так, если забыть, что из каждой подворотни стреляли. А самого Миначенкова посылали на задания чаще, чем других: командир, подполковник Авдеев, был уверен, что металлург справится и, что самое главное, вернется живым. Демобилизовался Николай Минеченков с первой своей наградой на груди – медалью «За боевые заслуги».

Вернулся в родной цех, на четвертую комсомольскую печь. «В те годы часто задавали в анкетах вопрос, нравится ли работа? Разве ответишь на него несколькими словами! Нам нравилась романтика, мы не боялись сложностей. Тогдашнее мартеновское производство не сравнить с нынешним. Мы в прямом смысле слова горели не работе, за смену выпивали по нескольку ведер воды. Но… когда, к примеру, началась целина, первыми бежали в горком. Стремились туда, где сложнее. Нас останавливали, возвращали к печам; дескать, и здесь хватит романтики и подвигов. Не знаю, поймут ли меня сегодняшние ребята, но о зарплате мы тогда не сильно думали. За 300-тонную плавку нам платили 9 рублей (иными словами, по 3 копейки за тонну стали). Старались сделать больше: не для того, чтобы получить огромные деньги. Просто был какой-то необъяснимый азарт: показать, чего ты стоишь».

По итогам восьмой пятилетки Николай Гаврилович был награжден Орденом Трудового Красного Знамени. «Думал ли я тогда, что смогу получить Звезду Героя? Сложно сказать. К примеру, мы с Луговским работали на одной печи. И показатели моей бригады были не хуже, а порой лучше, чем у героя. Правда, справедливости ради, нужно отметить, что Алексей Иванович был депутатом Верховного Совете СССР и постоянно находился в разъездах. До работы ли ему было? И тогда, и сейчас понимаю, что получить столь высокую награду – во многом счастливый случай. У нас в цехе всегда было намного больше достойных звания героя, чем звезд у правительства».

Окончилась девятая пятилетка. Однажды, когда бригада работала «с трех», его вызвал директор комбината Анатолий Жердев. Сказал: решили предложить твою кандидатуру на звание Героя Социалистического Труда. Позже оказалось, что из всех, кого выдвинули на получение звания (включая самого Жердева), наградили только Миначенкова.

Указ Президиума Верховного Совета СССР о присвоении Николаю Гавриловичу Миначенкову звания Героя Социалистического Труда датирован 5 марта 1976 года. А награду наш герой получил 12 апреля из рук председателя ЦК компартии УССР Владимира Щербицкого на пленуме Укрсофпрома. 1 мая всех награжденных пригласили в Москву. Парад, во время которого новоиспеченные герои стояли на центральной трибуне, интервью газете «Труд» – все для Миначенкова казалось сказочным и нереальным. Чуть ли не более всего запомнилось, что им, металлургам, дали по 100 рублей премии (чему очень завидовали шахтеры, получившие в подарок лишь портреты Ленина).

«За выдающиеся успехи в выполнении принятых на девятую пятилетку социалистических обязательств по увеличению производства продукции, улучшения ее качества и повышению производительности труда…» — слова из указа о награждении вызывали гордость, но и ко многому обязывали. Тем более что впереди была новая, серьезная работа – освоение двухванного сталеплавильного агрегата. Уже по итогам первого года сталеварам удалось достичь проектной мощности и выплавить 2,5 млн. т стали, при этом добиться фантастической, даже для нашего времени, стойкости футеровки – 1500 плавок.

«Мы бы могли достигать и более солидных показателей, но слишком много времени отнимала не сама плавка, а, к примеру, уборка мусора и другие вспомогательные операции. Если бы довоенный сталевар увидел нынешние условия работы, он бы удивился. Теперь даже в нашем производстве на помощь пришла автоматика, техника. Только знай – вари сталь».

Но и это производство сегодня уже устарело и не соответствует требованиям времени, уверен Николай Гаврилович. И гордится тем, что именно на нашем предприятии проводится широкомасштабная реконструкция. В том числе – родного сталеплавильного передела. Не пропускает новостей о комбинате и мечтает побывать на конвертере и непрерывной разливке, чтобы своими глазами увидеть современную металлургию, так не похожую на ту, которой он посвятил почти четыре десятилетия жизни, вплоть до 1990 года.

Есть у Николая Гавриловича одно увлечение – книги. «Недавно Геннадий Иванович Прутков принес мне книгу об истории Украины. Открываю с ней много нового, интересного. А еще – на днях еще раз перечитал гоголевского «Тараса Бульбу». Захотелось вновь прочесть страницы, описывающие смерть Тараса, то, как он убил Андрея… Это книга, в которой описан настоящий, сильный характер».

Характер, который, мы убеждены, присущ и Николаю Гавриловичу. Характер, который помогал не ропща преодолевать преграду за преградой на жизненном пути. Характер, благодаря которому удалось с честью пройти одно из самых сложных испытаний в жизни – славой. Характер, который и сегодня не дает равнодушно взирать на мир и заставляет стремиться изменить его к лучшему. Характер настоящего Героя, которым гордятся родные, друзья и коллеги – металлурги.

Игорь Якушев.

Фото – из архива народного музея истории АМК и личного архива Н. Миначенкова

За металл. – 2008. – 7 февраля. – С. 3.